30 мая 2014
Реформа гражданского законодательства: готовьтесь к новациям с лета

Продолжая тему реформирования гражданского законодательства, отметим, что с начала осени регулирование юридических лиц существенно изменится. О каких новеллах должен знать каждый корпоративный юрист? Какие вопросы останутся открытыми?

Напомним, что в соответствии с Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ "О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации" (далее - Закон № 99-ФЗ), вступающим в силу 1 сентября 2014 г., корпорациями являются юридические лица, учредители которых обладают правом участия или членства в них, формируя их высший орган управления. Остальные юрлица признаются унитарными организациями.

В соответствии с таким разделением будут определяться права и обязанности учредителей соответствующих юрлиц. При этом дальнейшее развитие правового регулирования, видимо, пойдет по следующему пути: за рамками специального регулирования, вводимого законодательством о юрлицах, корпорации будут подчиняться общим принципам обязательственного (договорного) права, а унитарные организации - режиму вещных прав. Иными словами, во всем, что специальным образом не будет предусмотрено законодательством о юридических лицах, корпорации будут тяготеть к договорным отношениям, а унитарные организации - к отношениям собственника применительно к его имуществу. Причем подобный тренд будет наблюдаться в развитии как законодательства, так и судебной практики, а также доктрины.

Законом № 99-ФЗ в ГК РФ зафиксирован закрытый перечень типов некоммерческих организаций. При этом существующие организационно-правовые формы подведены под более общие категории. Например, некоммерческие партнерства отнесены к ассоциациям (союзам), то есть стали разновидностью, основанной на членстве, по сути, корпоративной, хотя и некоммерческой, организации.

Несмотря на то, что для коммерческих организаций значение уставного капитала, казалось бы, давно утратило практический смысл, уставный капитал вдруг возродился в области некоммерческого сектора. Так, Законом № 99-ФЗ вводится требование о необходимости наличия аналога уставного капитала в отношении тех некоммерческих организаций, чьи уставы предусматривают осуществление организацией деятельности, приносящей доход . Однако, учитывая символический размер уставного капитала, эти новеллы, видимо, на практике ограничатся ролью еще одного бюрократического препятствия для деятельности подобных организаций.

Ответственность директоров и контролирующих лиц

В предложенной в Законе № 99-ФЗ редакции ГК РФ снова видим правила о том, что ответственность единоличного исполнительного органа компании за причиненные ей убытки наступает при нарушении фидуциарных обязанностей заботы (в случае неразумного поведения) и преданности (в случае конфликта интересов или иного недобросовестного поведения). Вместе с тем, подобный стандарт ответственности решено распространить как на членов коллегиального исполнительного органа (правления, совета директоров, наделенного полномочиями исполнительного органа), так и на лицо, "имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица", в том числе давать указания лицам, входящим в состав исполнительных органов (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ в редакции Закона № 99-ФЗ) (в эту категорию попадают так называемый теневой директор и контролирующий акционер, а также лицо, ранее выдавшее директивы на голосование).

Применительно к такой ответственности предусмотрено, что при наличии нескольких причинителей вреда все они отвечают солидарно. Исключение составляют лица, голосовавшие против конкретного решения либо добросовестно не участвовавшие в голосовании (простое уклонение от голосования не освобождает от ответственности).

Необходимо обратить внимание, что ГК РФ впервые допускает возможность защиты менеджмента от ответственности за вред, причиненный компании, - если на это согласны акционеры. Подобная возможность предусмотрена только в отношении:

- закрытых корпораций;

- вреда, связанного с нарушением обязанности заботы, то есть обусловленного принятием коммерчески спорных или неразумных решений.

Такой подход может иметь место, например, в ситуации, когда акционеры вновь созданного рискованного бизнеса желают оградить менеджмент от ответственности в будущем.

В публичных компаниях, напротив, даже такие минимальные послабления для менеджмента невозможны. Запрещены также любые соглашения об ограничении или устранении ответственности за нарушение обязанности преданности (любые формы недобросовестного поведения, включая сделки с конфликтом интересов), вне зависимости от типа корпорации, а также какое-либо договорное ограничение ответственности в отношении контролирующих лиц. Все подобные соглашения провозглашаются ничтожными.

Коллективное обращение в суд

Несмотря на то, что в АПК РФ для корпоративных споров предусмотрены определенные обязанности по уведомлению об инициировании такого спора, законодатель пошел дальше, установив в Законе № 99-ФЗ в отношении участников корпорации серьезные ограничения в части порядка подачи иска о взыскании убытков с членов органов управления или об оспаривании сделок.

Участник корпорации обязан "принять разумные меры" для заблаговременного уведомления других участников и самой корпорации о намерении обратиться с таким иском в суд, а также предоставить им иную информацию, имеющую отношение к делу (п. 2 ст. 65.2 ГК РФ). Участники, не присоединившиеся к иску, не смогут в дальнейшем подать тождественный иск самостоятельно, если только суд не признает причины их обращения уважительными. Детальные процедурные правила подобного уведомления, видимо, будут прописаны в процессуальном законодательстве или законодательстве об АО и ООО.

Корпоративный договор: новые правила

Закон № 99-ФЗ предусматривает, что участники корпорации, заключающие акционерное соглашение или иной корпоративный договор, обязаны уведомить общество о факте его заключения, однако раскрывать содержание документа не требуется. Если иное не будет в дальнейшем предусмотрено в специальном законодательстве, содержание корпоративных договоров непубличных компаний будет являться конфиденциальной информацией.

В публичном АО, напротив, информация о корпоративном договоре должна подробно раскрываться, однако порядок, пределы и условия раскрытия пока не определены и будут описаны в специальном законодательстве. Можно прогнозировать, что развитие правового регулирования в отношении публичных АО в этой части будет мало отличаться от ныне действующего законодательства о ценных бумагах, обязывающего эмитента раскрывать как факт заключения соглашения, так и количество голосов, приходящихся на его участников, однако текст документа в полном объеме обнародовать не требуется.

Отныне кредиторы корпорации, как и любые иные третьи лица (то есть не являющиеся ее участниками), могут быть стороной корпоративного договора. Вместе с тем, свобода участия в таком договоре иных лиц не безгранична: они могут в нем участвовать только если обладают законным интересом (таковыми, к примеру, могут обладать: банк, выдавший коммерческий кредит; ключевой поставщик; якорный инвестор, намеревающийся через некоторое время войти в общество; основатель компании, продавший все ее акции, и т. п.).

В Кодексе в общем виде нашел отражение институт внутреннего регламента и иных локальных документов. Эти документы отчасти схожи с корпоративными договорами: они регулируют корпоративные отношения в юридическом лице и могут быть утверждены учредителями, но при этом учредительными документами не являются.

Такие документы не могут противоречить уставу, однако они отличаются от корпоративного договора: если последний по общему правилу порождает правовые последствия для его сторон, то внутренние документы корпорации, будучи однажды утверждены, являются обязательными для всех ее нынешних и будущих участников до тех пор, пока не будут изменены или отменены.

Корпоративный договор также регулирует корпоративные отношения между всеми или отдельными участниками хозяйственного общества и в отдельных моментах может противоречить уставу. Вместе с тем, даже при наличии подобных противоречий стороны договора не смогут ссылаться на его недействительность по этой причине, а потому - уклоняться от исполнения принятых на себя обязательств. Для третьих лиц приоритет всегда будут иметь положения устава, за исключением случая, при котором:

- в корпоративном договоре установлены ограничения на совершение той или иной сделки;

- третье лицо, являющееся ее стороной, знало или должно было знать о таких ограничениях.

Вопрос о том, может ли корпоративный договор противоречить отдельным нормам закона, в ГК РФ прямо не решен - видимо, ответ даст судебная практика. Данная проблема имеет существенное практическое значение применительно к так называемым слабо-императивным нормам закона.

Нарушение корпоративного договора может повлечь недействительность решения органов управления общества, но лишь при условии, что на момент его принятия сторонами договора выступали все участники общества. Точно так же сделка, совершенная стороной договора в нарушение его условий, может быть оспорена, однако для признания ее недействительной придется доказать, что контрагент по спорной сделке знал или должен был знать о наличии ограничений, установленных корпоративным договором.

Опция "двух ключей"

Предусмотренный Законом № 99-ФЗ принцип двух (и более) ключей означает одновременное предоставление полномочий единоличного исполнительного органа нескольким лицам, действующим совместно. В подобных обстоятельствах правовые последствия будут наступать лишь при наличии согласия на то или иное действие или сделку всех директоров.

Закон № 99-ФЗ предполагает и иную возможность, связанную с разделением полномочий исполнительного органа между несколькими лицами, функции которых не пересекаются. В таком случае право представлять общество в отношениях с третьими лицами может быть предоставлено также двум (и более) лицам, но уже действующим независимо друг от друга.

Сведения об этом подлежат включению в устав компании и ЕГРЮЛ. Процедурные моменты, касающиеся занесения данной информации в госреестр, видимо, найдут отражение в законодательстве о государственной регистрации юридических лиц.

Оформление решений общих собраний

В соответствии с ГК РФ принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения и состав присутствующих при этом участников должны будут подтверждаться:

- в публичном АО - регистратором;

- в непубличном АО - регистратором или путем нотариального удостоверения соответствующего решения;

- в ООО - путем нотариального удостоверения, если иной способ (подписание протокола всеми участниками или их частью; с использованием технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения; иной способ, не противоречащий закону) не предусмотрен уставом или единогласным решением всех участников собрания (отметим, что необходимо единогласие всех участников общества, а не только присутствующих на конкретном собрании).

Согласно ГК РФ члены коллегиального органа, осуществляющего контроль за исполнительными органами (наблюдательного или иного совета, образованного в случаях, предусмотренных законом или уставом), получили право:

- доступа к информации о деятельности корпорации и ознакомления с ее бухгалтерской и иной документацией;

- требования от менеджмента и контролирующего лица возмещения в пользу корпорации причиненных ей убытков;

- оспаривания совершенных корпорацией сделок по определенным в ГК РФ основаниям и требования применения последствий их недействительности.

Механизм восстановления корпоративного контроля

Участник коммерческой корпорации, утративший помимо своей воли в результате неправомерных действий других участников или третьих лиц права участия в ней, может требовать:

- возвращения ему доли участия, перешедшей к иным лицам, с выплатой им справедливой компенсации, определяемой судом;

- возмещения убытков за счет лиц, виновных в утрате доли.

Если возврат доли участия приведет к несправедливому лишению иных лиц их прав участия или повлечет крайне негативные социальные и другие публично значимые последствия, суд может отказать в ее возвращении. В этом случае пострадавшему должна быть выплачена справедливая компенсация виновными лицами. Подобная правовая конструкция, по замыслу разработчиков Закона № 99-ФЗ, должна стать общим средством защиты от воровства акций и долей в уставном капитале.

Реорганизация и ликвидация

Принципиально новые правила введены для случаев реорганизации и ликвидации юридических лиц.

Во-первых, в качестве общей нормы предусмотрена возможность так называемой смешанной реорганизации (то есть с сочетанием различных "базовых" форм, а также с участием более двух юридических лиц, в том числе различных организационно-правовых форм).

Во-вторых, введено правило, согласно которому недействительность решения о реорганизации не влечет автоматическую ликвидацию образованных в результате юридических лиц. Не является это и основанием для признания недействительными совершенных последними сделок.

В-третьих, предусмотрены, как исключительный случай, основания для признания реорганизации несостоявшейся. Например, когда решение о реорганизации не принималось, а документы о его принятии оказались подложными. В таком случае существовавшие до "реорганизации" корпорации восстанавливаются, переход прав и обязанностей признается несостоявшимся, сделки с добросовестными лицами сохраняют силу для восстановленных компаний.

В четвертых, введена процедура распределения между кредиторами обнаруженного имущества уже ликвидированного юридического лица.

Напомним, что в итоговый текст Закона № 99-ФЗ не вошли следующие, чрезвычайно остро обсуждавшиеся в ходе его принятия, вопросы, которые, возможно, удастся решить в будущем:

- доктрина снятия корпоративной вуали;

- запрет на голосование акциями основного общества, принадлежащими дочерним (так называемыми квазиказначейскими акциями);

- критерии аффилированности лиц для целей корпоративного законодательства (в Кодекс включена отсылочная норма об аффилированных лицах, однако содержательных положений не предусмотрено).

к сведению

Новые средства защиты акционеров

1. Если доля или акции были похищены, но при этом их можно так или иначе отследить, они подлежат возврату пострадавшему лицу, даже в ситуации, когда уставный капитал был изменен, а доля размыта. В любом случае ему возвращается тот же процент от уставного капитала (в доле или акциях).

2. Если проследить судьбу похищенных доли или акций невозможно (например, весь пакет был "распылен" через продажу акций на организованном рынке или прошло много времени) либо их возврат в прежнем виде повлечет несоизмеримо большие издержки (отмена многих эмиссий, реорганизаций, аннулирование десятков или сотен сделок), суд присуждает пострадавшему лицу денежную компенсацию, при этом прежняя доля участия в натуре не восстанавливается.

 Авторы - Татьяна Бойко, адвокат; Дмитрий Степанов, партнер АБ "Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры"

КЛЮЧЕВЫЕ КОНТАКТЫ