27 января 2021
Минфин договорился о пересмотре налоговых соглашений с 34 странами | комментарий Сергея Калинина для «Ведомости»

Минфин опубликовал список из 34 стран, с которыми достигнуты договоренности по пересмотру соглашений об избежании двойного налогообложения (СОИДН). Все эти страны – участницы многосторонней конвенции по выполнению мер, относящихся к налоговым соглашениям, в целях противодействия размыванию налоговой базы и выводу прибыли из-под налогообложения (конвенция MLI) и ведут борьбу с агрессивной оптимизацией налогообложения в мире.

Например, один из ключевых пунктов конвенции – так называемый тест основной цели. «Речь о том, что льготы по СОИДН не будут предоставляться, если одной из основных целей сделки было получение налогового преимущества, – объясняет партнер КПМГ в России и СНГ Александр Токарев. – Таким образом, теперь при выплате пассивных доходов за рубеж (дивиденды, проценты, роялти, доходы от аренды) необходимо будет подтвердить, что наличие в цепочке платежей иностранной компании имеет под собой реальную деловую цель, а не направлено на получение льготы по соответствующему СОИДН».

В целом суть конвенции в том, что она предполагает разом поменять все [СОИДН] без необходимости изменять каждое отдельное соглашение, что, по разным оценкам, заняло бы около 30 лет, указывает партнер, руководитель налоговой практики АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Сергей Калинин. Поправки в соглашения унифицированы. «Конвенцией сформулировано несколько вариантов изменений СОИДН, и каждая страна вправе выбрать из перечня наиболее подходящий для себя», – отмечает партнер практики международного налогового планирования PwC в России Михаил Филинов.

Россия ратифицировала конвенцию MLI в мае 2019 г., в апреле прошлого года Министерство финансов РФ разослало странам – участницам конвенции уведомления о завершении всех процедур. В итоге для 27 стран, с которыми действуют СОИДН в России, с 1 января 2021 г. эти соглашения автоматически полностью изменились.

Еще для семи стран они изменились частично. «Для того чтобы помимо обязательных к применению всеми подписавшими сторонами положений, например теста на основную деловую цель, применялись и другие выбранные странами положения, надо чтобы обе страны согласились на это», – объясняет Филинов. Проблема в том, что там, где конвенция MLI предоставляет странам-участницам выбор из нескольких вариантов изменения СОИДН, Россия в большинстве случаев выбрала наиболее жесткий вариант. На это согласны не все наши партнеры. В качестве примера Филинов приводит СОИДН между Россией и Нидерландами. Россия выбрала обложение у источника выплаты при продаже акций компаний с недвижимостью, а Нидерланды не поддержали этот пункт, сохранив за своими компаниями право не уплачивать в России налог при продаже таких акций.

«Надо отметить, что фактически ключевые положения конвенции MLI уже используются в российской практике налогового администрирования трансграничных сделок, – отмечает эксперт Института налогового менеджмента НИУ ВШЭ, директор Ассоциации налоговых консультантов Владимир Саськов. – Именно используя механизмы конвенции, Россия поставила под сомнение целесообразность сохранения старых форм СОИДН с рядом стран в 2020 г.». 

Напомним, в прошлом году по требованию Москвы «в ручном режиме», вне механизмов конвенции MLI были пересмотрены СОИДН с Кипром, Мальтой и Люксембургом. Выбор «ручного режима» в данном случае не случаен. Дело в том, что многие страны уже выбрали для себя лишь базовый набор изменений, предусмотренных конвенцией MLI. «Поэтому Россия предпочла устанавливать повышенные ставки налогов для всех выплат дивидендов и процентов лицам, зарегистрированным в таких подозрительных юрисдикциях, причем вне зависимости от наличия или отсутствия признаков уклонения от уплаты налога», – поясняет вероятную логику Минфина профессор кафедры гражданско-правовых дисциплин РЭУ им. Г. В. Плеханова Юлия Крохина. 

«До начала применения конвенции MLI в России налоговая система уже предусматривала правовые инструменты, направленные на противодействие агрессивному международному налоговому планированию, заключающемуся в использовании кондуитных компаний исключительно в налоговых целях, – констатирует Крохина. – К таковым можно отнести и режим контролируемых иностранных компаний, а также обмен информацией с иностранными юрисдикциями. По сути, раскрытый в конвенции MLI принцип полностью соответствует концепции фактического получателя дохода, закрепленной в Налоговом кодексе РФ и активно применяемой нашими налоговыми органами». 

Эксперты единодушны в том, что новые изменения существенно осложнят использование СОИДН для минимизации налогов. «Выбранный Россией расширенный стандарт MLI существенно снижает поле для маневра недобросовестных налогоплательщиков и сужает возможности по использованию положений СОИДН исключительно для целей налоговой минимизации», – отмечает заместитель руководителя практики «Международное право и налоги» компании «Лемчик, Крупский и партнеры» Антон Тарунтаев.

Тем компаниям, которые используют низконалоговые юрисдикции в своей деятельности, нужно заранее подготовиться к встрече с налоговиками. «Факт регистрации иностранной компании в стране с благоприятным налоговым режимом может быть использован налоговыми органами как подтверждение того, что тест основной цели не пройден, – предупреждает Токарев. – Для снижения данного риска необходимо подготовить обоснование неналоговой цели использования зарубежных компаний и подготовить документы в свою защиту».

Не стоит рассчитывать, что эти изменения пройдут стороной, более вероятно, что возможности налоговых органов, напротив, будут увеличиваться. «Использование таких глобальных шаблонов, как конвенция MLI, не отменяет возможности государств корректировать двусторонние налоговые соглашения с учетом специфики экономического оборота между своими резидентами», – подчеркивает партнер налоговой практики МЭФ PKF Геннадий Тимоничев.

Любовь Маврина / https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2021/01/26/855547-minfin-dogovorilsya

КЛЮЧЕВЫЕ КОНТАКТЫ

Сергей Калинин

Сергей Калинин

Москва, Лимасол