27 декабря 2013
Евгения Евдокимова рассказала для портала «Водитель Петербурга» о законодательном регулировании в сфере купли-продажи имущества, находящегося в залоге у банка

Авторынок без «обремененных»

Анархия на вторичном рынке автомобилей, длившаяся 15 лет, закончится 1 июля следующего года. Через специальный Интернет-сайт любой желающий получит возможность проверить «чистоту» приобретаемого «четырехколесного друга». Пока же ни один добросовестный покупатель не защищен от риска заплатить немалую сумму за находящийся в залоге автомобиль, который может быть изъят по первому требованию банка.

Немного истории

Действовавшая до 1998 года инструкция предусматривала регистрацию залога автомобилей в ГИБДД. Специальную отметку с указанием залогодержателя (банка) и условий обременения вносили в том числе в паспорт транспортного средства (ПТС).

Отмена такой регистрации открыла дорогу мошенникам. Ведь гражданское законодательство предусматривает принцип – «залог двигается за имуществом». То есть новый собственник, возможно, ничего не знавший о залоге, становится фактически новым должником перед банком. В случае невозврата долга основным заемщиком кредитная организация вправе была изъять транспортное средство у добросовестного приобретателя.

Деньги важнее совести

Анархия не утраивала никого (кроме, конечно, самих мошенников). Банки старались предупредить споры, в том числе забирая у заемщиков оригиналы ПТС. Но такая мера была малоэффективной – законный владелец мог легко получить его дубликат (ГИБДД, напомним, ничего о залоге не знала). Предпринимались попытки создавать специальные сайты со списком обремененных автомобилей и даже наносить на них специальное клеймо. Но до полноценной реализации эти проекты так и не дошли.

Банковское сообщество предложило поручить ведение реестра залогов бюро кредитных историй, с которыми уже были отработаны механизмы передачи информации. Но эксперты Минэкономразвития усомнились в экономической целесообразности предложенной меры – инвестиции в модернизацию баз данных оценивались в 3 миллиарда рублей, а себестоимость регистрации одного залога – почти в тысячу.

В 2011 году Высший арбитражный суд России (ВАС) закрепил понятие добросовестных приобретателей – которые не знали и не могли знать об обременении покупаемого имущества. Например, о «нечистоте» транспортного средства могли свидетельствовать дубликат ПТС и так далее. Однако такие рекомендации касались только арбитражной системы. «Суды общей юрисдикции, рассматривающие споры между банками и частными автовладельцами, продолжали считать, что право залога сохраняется, даже когда приобретатель не имел возможности получить сведения об обременении имущества», – говорит Евгения Евдокимова, юрист адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры».

Принятый больше года назад закон делегировал право вести реестр залогов движимого имущества нотариусам, которые за 300 рублей должны были регистрировать уведомления банков и вносить их в открытую в Интернете базу данных. Но такая логичная, на первый взгляд, процедура вызвала критику не только со стороны нотариального сообщества, но и банков, и юристов. Ведь при не обязательности внесения информации о залоге в реестр он остается всего лишь неким «справочником», а отсутствие в нем соответствующей записи может лишь косвенно свидетельствовать о добросовестности приобретателя.

В списках не значится

Большую часть спорных вопросов устранили законы, подписанные президентом России 21 декабря. Важные поправки вносятся в Гражданский кодекс РФ: «Если на момент заключения договора купли-продажи сведения о залоге отсутствовали в реестре, банк или иной залогодержатель не сможет обратить взыскание на проданное имущество», – поясняет Евгения Евдокимова.

По мнению президента Ассоциации банков Северо-Запада Владимира Джиковича, ведение реестра залогов будет важной мерой в борьбе с мошенничеством. Его оптимизм разделяют представители кредитных организаций, в нотариальном сообществе и иные участники рынка. К тому же закон предусматривает, что пользователю будет предоставлена возможность искать информацию в размещенной на сайте Федеральной нотариальной палаты базе данных по идентификационному номеру транспортного средства (VIN), реквизитам залогодателя и залогодержателя (банка) и иным данным. Сами кредитные организации могут передавать нотариусам удостоверенные квалифицированной электронной подписью уведомления через Интернет.

По словам президента Нотариальной палаты Санкт-Петербурга Петра Герасименко, реестр уже создан и работает в тестовом режиме. Пока нотариусы тренируются вносить сведения и выполнять иные процедуры.

Владимир Джикович не исключает, что ассоциация могла бы выступить посредником между банками и нотариусами в передаче информации о залогах в электронном виде в едином формате. Однако Петр Герасименко сомневается в реалистичности такой идеи. Ведь банк за регистрацию уведомления о залоге должен заплатить нотариусу всего 300 рублей, а посредник бесплатно работать вряд ли будет. «Такую систему установили именно в целях исключить посредников», – поясняет президент Нотариальной палаты Санкт-Петербурга.

Гений и злодейство

В то же время юристы обращают внимание на очень опасную оговорку в законе – имущество может быть изъято у приобретателя, если он знал или «должен был знать» о залоге. По мнению Евгении Евдокимовой, об этом может свидетельствовать, например, вручение покупателю не оригинала, а копии ПТС. «Надо понимать, что законодательство не предусматривает обязательную регистрацию залога, а потому вводимая процедура не позволит создать полный перечень всех обремененных автомобилей и, соответственно, обезопасить всех приобретателей», – говорит Мария Смирнова из юридической компании Rightmark group.

Эксперты также указывают на возможность новых злоупотреблений. Например, в открытом реестре будут публиковаться паспортные данные заемщиков – владельцев автомобилей. Поисковый механизм позволяет получать через базу данных маркетинговую информацию – о количестве выданных конкретным банком автокредитов, марках приобретенных на них транспортных средств, все данные заемщиков и так далее. Исключать использование таких материалов в недобрых целях нельзя. Публикация персональных данных отпугнет многих потенциальных заемщиков. А банки могут отказаться от включения сведений в реестре дабы сохранения коммерческой тайны – ее защита может оказаться важнее риска утери залога.

Кроме того, закон предусматривает, что при регистрации уведомления о залоге нотариус не проверяет согласие залогодателя, достоверность сведений и иные факты. Это позволяет использовать новую процедуру для своего рода «ареста» спорного имущества. «Внести в реестр сведения о несуществующем залоге сможет фактически любое лицо – предупредить такие действия невозможно, – поясняет Евгения Евдокимова. – Такая запись, не имеющая правовых оснований, будет нарушать интересы законопослушного собственника, которому будет проблематично продать указанное в реестре имущество. Защищать свои интересы владельцу придется уже в судебном порядке».

Петр Герасименко, хотя и не исключает такого «злодейства», тем не менее сохраняет оптимизм. «Не думаю, что кто-либо будет злоупотреблять такой возможностью, особенно банки», – полагает он.

Нетупский Павел